На двух последних собраниях Берлинского Интеграционного Совета обсуждалось несколько тем. Одна из них – отношение к реэмиграции, то есть возвращению в Россию (в широком смысле слова), обратному исходу, который сегодня стал реальностью.
Если бы кто-то сказал об этом лет двадцать назад, это было бы воспринято как политический анекдот: «Как? Сначала уехать оттуда (из СССР), вырваться на свободу и, да, на сытую жизнь, и вернуться туда же?! Да вы что, товарищи, это даже не смешно». Но история и жизнь делают порой такие развороты на 180 градусов, какие не встретишь ни в одном футуристическом рассказе. Примеры общеизвестны: это и вступление России в EU (как не вспомнить фильм «На Дерибасовской хорошая погода…», где КГБ сотрудничает с ФБР; пока это не случилось, но… ещё не вечер!), падение всемогущего доллара, да и сам крах СССР – кто же ожидал? Так и этот обратный исход – очевидное-невероятное! Помню одну немецкую документальную программу о возвращении некоeй семьи переселенцев из уютного и цивилизованного германского городка назад, в Киргизию – в горы и юрту.
Общие, лежащие на поверхности, причины реэмиграции очевидны: в той стране уже можно стало жить, даже молодым, жить, не чувствуя себя ежедневно обманутым и униженным – тем, что весь мир по утрам вкушает йогурт, а мы ещё недавно даже не знали этого слова; тем, что какой-нибудь парень годами мечтал о джинсах и, так и не дождавшись этого подарка судьбы и нашей безмозглой промышленности, уходил в армию – всегда на дедовщину, и часто – в Афган или Чечню. Или вот ещё: семья – инженер и медсестра, несколько лет питались так: каждый день макароны с подсолнечным маслом и луком (т.е. углеводы, растительные жиры, витамины), а на десерт – краснодарский чай с сахаром, и всё. Каждый день! Не голод. Но и не жизнь для двух молодых образованных людей, которым ох как многого, наверное, хотелось! Кроме лука и чая из веника. Или – выпустить на один день из тюрьмы бандюганов, чтобы они ночью разнесли в щепы жалкие теплички пенсионеров на их дачных участках и вытоптали копытами их помидоры. Борьба с «частнособственническими явлениями»*. Килограммы драгоценностей при любом обыске сильных мира сего, вернее, мира того, социалистического, – не в счет. Эта гадость все-таки в прошлом.
Там сейчас так много других трудностей, – так много! Но, все-таки, – других. Что мы там такое построили, трудно даже экономически и политически назвать, но нечто все-таки с «человеческим лицом» (или несколько напоминающим его), о чем так давно мечталось. А здесь, в Германии, стало объективно труднее, чем, например, лет двадцать пять назад в ФРГ, а уж субъективно, для российских немцев, и подавно. Нередко еще работает формула: там был «слишком немец», а здесь – «слишком русский», будь ты хоть дважды Шульц. Все-таки, «пришлый». Не все, далеко не все, но многие это ощущают. Некоторые члены Совета говорили на собрании об общем ухудшении положения аусзидлеров: д-р А. Граф, д-р В. Маркус (отразивший это даже в документе «Концепция целевой программы развития социально-экономического и этнокультурного потенциала российских немцев в Германии на 2008-2012 годы»). Фрау N говорила о случаях тщетных поисков аусзидлерами работы и трагического исхода этих поисков. Но звучали и абсолютно иные идеи: тот, кто действительно хочет найти работу и согласен на любую, тот её находит (д-р Д. Дорш). Многим нравится «сидеть на социале», ну да этот феномен хорошо известен и неоднократно описан. Но в целом, с работой для аусзидлеров – проблемы. А получившие её нередко подвергаются моббингу. Другой аспект – «домашний»: отец и муж, бывший там музыкантом оркестра и играющий здесь на скрипке в метро, как правило, теряет уважение и детей, и жены. Эти примеры тоже общеизвестны и многочисленны. Действительно, немало обстоятельств, толкающих людей в обратный путь. Но и в пользу Германии, естественно, тоже было сказано немало.
Г-н А. Крайк: «Сравните социальное обеспечение: тут, уж если «сидишь на социале», так это, по крайней мере, гарантировано и надолго, сколько требуется, а в РФ – полгода, и всё, никаких пособий, помощи, карабкайся сам, как хочешь».
Фрау Л. Рихтер: «Хватит дергать наших людей, приехали, освоились, и надо всё делать, чтобы задержать их здесь! Д-р Д. Дорш: «Да, самое главное для наших людей – интеграция, а не сохранение особенностей колхоза «Сорок лет без урожая».
Итак, выявились три взгляда и отношения к реэмиграции: активно пропагандировать; не пропагандировать, но способствовать ей; делать всё, чтобы приостановить обратный поток. По всем этим направлениям имеются и объективные данные, и статистика, и практические проблемы, и практические решения. Г-н И. Шрейдер привел такие статистические данные: около 800 семей русских немцев переехало из разных мест СНГ в Калининградскую область, и только 16 семей переехало туда из Германии. А д-р А. Граф заметил, что для реэмиграции должны быть созданы специальные экономические программы. И все говорили о выделении на территории Российской Федерации места или мест для компактного поселения русских немцев, возвращающихся из Германии или перемещающихся по территории бывшего СССР. Одно из этих мест общеизвестно – это Калининградская область, которая предоставляет переселенцам довольно хорошие условия. Губернатор Калининградской области г-н Г. Боос на встрече в Берлинском Русском доме детально рассказал об этих условиях: переселенцы получают единовременное пособие (60 тыс. евро – глава семьи, по 20 тыс. евро члены семьи); предоставляется временное, но неплохое жилье (по типу переселенческого лагеря) и нормальная работа, по возможности, даже с учетом специальности. К слову сказать, встреча закончилась роскошным шведским столом, бесплатным для всех присутствующих на ней.
Готовы принять переселенцев и Омск, и Новосибирск.
На заседаниях Совета предлагалось изучить опыт других стран, также принимающих эмигрантов, в частности, Канады и Финляндии. В последней – полная аналогия «русским немцам» – «русские финны», так называемые ингерманландцы, и те же проблемы интеграции их, только, соответственно, в финское общество.
Второй аспект дискуссии – что надо сделать для тех, кто никуда уезжать не собирается. Потому что, так или иначе, жизнь здесь идёт, и она должна быть, по возможности, и полной, и интересной. В связи с этим обсуждался план работы Берлинского Интеграционного Совета, направленный на решение насущных проблем русских немцев в Берлине. Думается, можно привести некоторые разделы этого плана на текущий год без комментариев:
• Семинар по проблемам интеграции российских немцев (апрель).
• Заседание на тему «Защита интересов российских соотечественников и возможность взаимодействия с государственными и общественными институтами Германии и России» (август).
• Семинар: «Психологические проблемы интеграции» (сентябрь).
• Предпринимательский семинар на тему «Организация рабочих мест и проблемные вопросы при создании собственных фирм» (ноябрь).
• Круглый стол по обмену информацией о новых научно-технических, культурных и политических достижениях российских немцев в Германии и в России (ноябрь).
Планируются следующие культурные события:
• Музыкальный фестиваль творчества Анны Герман (февраль);
• Литературный конкурс имени Лео Германа на звание лучшего писателя, поэта, публициста года (июнь);
• Ежегодный семинар, посвященный Екатерине Великой (май, г. Цербст);
• Конференция писателей в рамках Русско-немецкого фестиваля в Берлине (июнь);
• Ежегодная выставка книг – произведений российских немцев, организуемая писателями Германии и фондом «Русское зарубежье» (февраль),
и не только это. Учтены в планах и интересы переселенческой молодёжи: в политике, спорте, бизнесе.
Важно подчеркнуть, что Берлинский Интеграционный Совет рассчитывает на поддержку берлинских политиков, как говорят в России, «властных структур». Для чего, в частности, будет проведено заседание Совета совместно с представителями политических партий Берлина (намечено на апрель).
В Берлинский Интеграционный Совет входят специалисты в разных областях, действительно, высшего уровня: профессора, доктора наук, дипломированные работники.
Интеграционный Совет реально стремится соответствовать своему названию и сделать все возможное для вживания российских немцев в германский социум. Чтобы не было разобщенности и одиночества, чтобы на работе не было моббинга, и чтобы была сама работа. И чтобы хотелось здесь остаться, а не паковать опять чемоданы. Наконец, осесть и пустить корни. По-научному – интегрироваться.
Анна Берцанова,
Берлин, январь 2008 года
*Все примеры реальны: из публикаций в ж. «Огонек» и «Литературной газете».
«Dwesti», № 3, 2008